— Ты самая ревнивая женщина, которых я знаю!
— Ага, значит я у тебя не одна!
Человек: Я — царь природы!
Природа: Ну царь так царь. На тогда корону.
— Да, красотою мир вы не спасете...
Гости - это такие люди, что приходят на чай, а выпивают всю водку
— Подсудимый, то есть вы не признаете, что убегали от органов правопорядка?
— Никак нет, господин судья, я лишь соблюдал коронавирусную дистанцию.
— Ватсон, а пойдемте на болота гулять!
— Нельзя, сэр Генри, карантин!
— А мы скажем, что собачка убежала, ищем...
— Чем занимаешься?
— Смотрю, как деревья растут.
— Всё суетишься!
У сестры родился сын. Соседка заявляет: «Ну, надо же!!! Не побоялась рожать в такое время...».
— Как тебе удается сохранять такую фигуру?
— Я ем только мраморную говядину и лосося.
— Но это же очень накладно!
— Вот поэтому мне и удается сохранять такую фигуру.
Так я не стала шахматисткой.
Почему-то обещанная нам уверенная и беспристрастная "невидимая рука рынка" обернулась у нас потной, жадной и вороватой ручонкой.
— Алло, морг?
— Нет, баня, мы работаем с 8-00 до...
— Нет, мне в морг надо.
— Так вы бы помылись сначала.
— Интересно, а почему в Голливуде актрисы массово заявляют о харассменте, а у нас – вообще никто?
— Потому что протрубить на всю страну о том, что ты переспала с режиссером ради съемок в ЭТОМ, значит публично признать себя круглой дурой!
Кулинарные советы. Если варить картошку в мундире, то чистить придется только ту, которую вы будете есть сами.
— Лучше виски в руках, чем журавль в небе.
— Может, синица?
— Может, но виски лучше.
— Посоветуй, что купить жене на день рождения?
— А не проще ли тебе спросить у нее?
— Неее!.. Таких денег у меня нет!
— Что там за вой на болотах, Бэрримор?
— Люди, которые никогда не были рабами, требуют извинения у людей, которые никогда не были рабовладельцами, сэр.
— Как я могу ехать, если у тебя не хватает педалей? В автошколе их было три!
— У меня автомат!
— Не угрожай мне!
— Мам, а вот почему компьютер такой умный?
— Потому что он всегда слушается свою материнскую плату.
Сегодня извлекла из недр самой дальней полки старые джинсы, а они на красоте моей необъятной не сходятся.
— Муж, — говорю, — ты чего не сказал, что я так разожралась?
— А чё, можно было?