Тайна смерти еврейского иллюзиониста Гарри Гудини: 100 лет думали неверно
Он сбегал из тюрем, освобождался от наручников и цепей под водой и стал одним из самых знаменитых людей в мире. Теперь американские врачи утверждают, что великий фокусник Гарри Гудини умер совсем не по той причине, которая была признана официально и положила тень на совершенно невинного человека. Новая теория вновь возвращает в центр внимания загадку столетней давности и историю человека, всю жизнь носившего в себе чувство вины.
Утром 22 октября 1926 года Гарри Гудини отдыхал на диване в своей гримерной в Princess Theatre в Монреале. Самый знаменитый фокусник в мире был совершенно измотан и страдал от перелома лодыжки, полученного во время выступления. Пока он разбирал накопившуюся почту, студент по имени Сэмюэл Смиловиц рисовал его портрет. В гримерную вошли двое друзей студента. Один из них, Джослин Гордон Уайтхед, решил проверить ходивший слух: действительно ли Гудини способен выдержать сильный удар в живот, не почувствовав боли?
Гудини, гордившийся своими развитыми мышцами живота, ответил утвердительно. Уайтхед нанес ему несколько быстрых ударов, прежде чем фокусник успел подготовиться и напрячь мышцы. Гудини скривился от боли и попросил прекратить. Согласно одному из свидетельств, когда Смиловиц закончил портрет, Гудини заметил, что на рисунке выглядит уставшим, и признался, что действительно плохо себя чувствует. Девять дней спустя Гудини умер. На протяжении ста лет закрепилась версия, согласно которой удары привели к разрыву аппендикса и смертельно опасной инфекции брюшной полости. В глазах многих Уайтхед стал человеком, убившим величайшего фокусника в истории. Ему так и не предъявили уголовных обвинений - в том числе потому, что доказать причинно-следственную связь между ударами и смертью было сложно. Однако клеймо осталось с ним до конца жизни.
Теперь против этой версии выступает доктор Ларриан Гиллеспи, 77-летний уролог на пенсии из Лос-Анджелеса. Она утверждает, что мир обвинил не того человека, а возможно, на протяжении ста лет даже отмечал не ту дату смерти. По ее мнению, Гудини умер от кишечной непроходимости, вызванной порцией чоп-суэй, китайско-американского блюда из овощей и мяса, которое он съел в больнице. Гиллеспи считает, что врачи и близкие фокусника изменили документы, чтобы скрыть то, что произошло в последние дни его жизни.
В своей книге "Гудини: человек, который умер дважды"(Houdini: The Man Who Died Twice), Гиллеспи представляет медицинское и историческое расследование, основанное на свидетельствах о смерти, показаниях очевидцев, письмах, медицинских справочниках 1920-х годов и газетных публикациях. Ее утверждения весьма далеко идущие, и далеко не все исследователи Гудини с ними согласны. Чтобы понять, почему его смерть продолжает вызывать интерес даже спустя сто лет, стоит вернуться к истории человека, прославившегося освобождением от оков.
►От бедного еврейского мальчика до мировой звезды
Гарри Гудини родился под именем Эрик Вайс 24 марта 1874 года в Будапеште, в еврейской семье. Его отец, Майер Самуэль Вайс, был раввином, а мать, Сесилия Штайнер, занималась домашним хозяйством. Когда Эрику было четыре года, семья эмигрировала в США и поселилась в Эпплтоне, штат Висконсин, где отец получил должность раввина.
Американская мечта не стала для семьи реальностью: раввину Вайсу было трудно прижиться на новом месте, в том числе из-за недостаточного знания английского языка, и в конце концов он потерял работу. Семья переехала в Милуоки, а затем в Нью-Йорк, и долгие годы жила в бедности. Эрик с детства работал, помогая содержать семью, а в 12 лет даже сбежал из дома в поисках работы. Уже в девять лет он выступал как артист цирка, исполнявший трюки на трапеции, под именем "Эрик, принц воздуха". Он обнаружил в себе способности к акробатике и любил представлять себя человеком, способным делать то, что другим не под силу. Позже на него оказал влияние французский фокусник Жан Эжен Робер-Уден. Гудини взял его фамилию, добавив к ней букву i, ошибочно полагая, что по-французски это означает "как Уден". Имя Гарри произошло от его детского прозвища Ари. Со временем он разочаровался в своем прежнем кумире и даже обвинил его в краже идей.
Дом Гарри Гудини в Гарлеме (Нью-Йорк) /Фото: Даниэль Эдельсон/
Сначала он выступал со своим другом Джейкобом Хайманом, а затем - с братом Теодором. В 1894 году, работая в сфере цирковых представлений, он познакомился с Вильгельминой Беатрис Ранер, которую называли Бесс, и женился на ней примерно через три недели. Бесс была католичкой и не перешла в иудаизм, хотя их брак был заключен также по еврейскому религиозному обряду, который провел раввин. Она стала его постоянной партнершей на сцене, и вместе они гастролировали по циркам и недорогим театрам. Зарабатывать на жизнь им часто было непросто, и Гудини даже подумывал отказаться от фокусов и найти обычную работу.
В конце концов Гудини нашел то, что отличало его от других: не исчезновение игральных карт, а освобождение от пут. Он приглашал полицейских и чиновников запирать его в тюремных камерах и сковывать цепями, освобождался от наручников и выбирался из запертых ящиков, которые бросали в воду, а также выскальзывал из смирительных рубашек, будучи подвешенным вниз головой над оживленными улицами. В номере под названием "Китайская камера пыток" его опускали вниз головой в резервуар с водой, с ногами, скованными цепями над головой. Зрители были уверены, что он утонет. В другом представлении он заставил исчезнуть целого слона прямо на сцене в Нью-Йорке.
Гудини умел не только творить чудеса, но и работать с публикой. Он сделал опасность частью своего шоу, культивировал образ человека, которого невозможно удержать взаперти, и всячески поддерживал ощущение, что действительно рискует собственной жизнью. Он превратился в одну из крупнейших звезд мировой индустрии развлечений.
Однако за образом бесстрашного человека скрывалась и физическая цена: за свою карьеру он не раз получал тяжелые травмы.
►Дом в Гарлеме и еврейская идентичность
В 1904 году Гудини приобрел четырехэтажный дом в Гарлеме, на Манхэттене, и жил там до самой смерти. Дом с украшенным фасадом и лестницей, ведущей ко входу, сохранился до наших дней. Гудини собирал в нем редкие книги, памятные предметы из мира иллюзионизма и материалы о сверхъестественных явлениях.
В то время Гарлем был крупным центром еврейской жизни: здесь находились синагоги, образовательные учреждения, газеты на идише и еврейские предприятия. Примерно во время Первой мировой войны в районе проживало около 175 тысяч евреев. Для сына бедного раввина этот дом стал символом успеха. Его отношение к иудаизму было непростым. Гудини не вел религиозного образа жизни, отмечал вместе с женой и христианские праздники и даже утверждал, что родился не в Будапеште, а в Висконсине. И все же от своего происхождения он не отрекался. Поездка в Россию в 1903 году, после Кишиневского погрома, позволила ему воочию столкнуться с антисемитизмом, а в 1918 году он основал благотворительную организацию, которая помогала как военным усилиям страны, так и еврейским учреждениям.
Но самым значимым человеком в его жизни был не отец-раввин и даже не жена. Им была его мать. Гудини был настолько привязан к Сесилии, что эта привязанность граничила с одержимостью. После смерти отца он считал себя ответственным за ее благополучие, заботился о ее материальном обеспечении, осыпал подарками и дорогой одеждой. Он хотел дать ей ту жизнь, которую она не могла позволить себе, когда дети были маленькими. Когда в 1913 году она умерла, пока он находился на гастролях в Европе, Гудини был совершенно раздавлен. Он годами оплакивал ее смерть и страстно желал установить с ней связь даже после ее ухода.
В те годы в Европе и США расцвела индустрия спиритических сеансов, во время которых медиумы утверждали, что способны общаться с душами умерших. После Первой мировой войны, когда множество семей потеряли близких, это направление превратилось в процветающий бизнес. Гудини, прекрасно знакомый с приемами иллюзионистов, считал многих медиумов мошенниками, наживавшимися на горе скорбящих людей.
Одним из его неожиданных друзей был британский писатель Артур Конан Дойл, создатель Шерлока Холмса. Хотя его литературный герой отличался рациональном мышлением, сам Конан Дойл всем сердцем верил в возможность общения с умершими. В 1922 году его жена Джин предложила провести спиритический сеанс и передать Гудини послание от матери. Она написала текст, который, по ее утверждению, был продиктован духом Сесилии. Однако письмо начиналось с изображения креста и было написано на безупречном английском языке. Мать Гудини была еврейкой, женой раввина и почти не говорила по-английски. Ему было трудно поверить, что после смерти она вдруг выбрала именно христианский символ и заговорила на языке, которым при жизни практически не владела.
Этот спиритический сеанс привел к разрыву между двумя друзьями. В дальнейшем Гудини посвятил значительную часть своего времени разоблачению мошенничества медиумов и даже выступил перед Конгрессом США, пытаясь добиться принятия закона, запрещающего брать деньги за предсказание будущего. Эта борьба породила и конспирологические теории, согласно которым разгневанные медиумы задумали его убийство, а возможно, даже подослали Уайтхеда, чтобы тот избил фокусника. Убедительных доказательств этому не обнаружили. Существовали и другие версии: о преднамеренном отравлении и даже о группе карликов из цирка, которых якобы послали отравить его утренний чай.
Интерес вызывала и личная жизнь Гудини. Биографы обнаружили свидетельства короткого романа, который он завел в 1918 году с Шармейн Лондон, вдовой писателя Джека Лондона. В ее дневниках содержатся интимные описания их отношений, а самого Гудини она называла "моим волшебным любовником". По мнению биографа Кеннета Силвермана, это, вероятно, была единственная заметная любовная связь Гудини вне брака. Роман оказался недолгим, и Гудини вернулся к семейной жизни с Бесс. Детей у них не было.
►Последнее выступление и смерть
В октябре 1926 года 52-летний Гудини отправился на гастроли, несмотря на полученные травмы. Его жена страдала от пищевого отравления, а сам он сломал кость лодыжки во время опасного трюка. Вместо того чтобы отдыхать и восстанавливаться, он продолжал выступать. После ударов, полученных в Монреале, боли в животе усилились, однако Гудини, привыкший не обращать внимания на боль, не спешил обращаться за медицинской помощью. Он отправился в Детройт и 24 октября вышел на сцену, несмотря на температуру около 40 градусов и сильнейшие боли. Врачи предупреждали его, но он отказался отменить выступление. Во время представления Гудини потерял сознание за кулисами, однако все же вернулся на сцену. Это было его последнее выступление.
На следующий день ему сделали операцию в больнице Грейс. Согласно сообщениям того времени, врачи обнаружили разрыв аппендикса и распространение бактериальной инфекции в брюшной полости. Сегодня аппендицит обычно успешно лечится, однако в 1926 году, до появления антибиотиков, разлитой перитонит вследствие такого разрыва представлял смертельную опасность. Инфекция могла привести к сепсису и септическому шоку - состоянию, при котором реакция организма на инфекцию нарушает кровообращение и работу внутренних органов. Врачи пытались спасти Гудини, в частности применяя экспериментальную сыворотку. Ему также провели еще одну операцию. Согласно общепринятой версии, Гудини умер 31 октября 1926 года в 13:26.
Однако связь между ударами и воспалением аппендикса так и не была доказана. В редких случаях тупая травма живота может быть связана с развитием такого воспаления, но установить, стала ли она причиной заболевания или просто предшествовала ему, сложно. Биограф Адам Бегли, выпустивший в 2020 году книгу о Гудини в издательстве Йельского университета, считает, что болезнь, скорее всего, развивалась независимо от ударов. Возможно, они лишь обратили внимание Гудини на уже начавшиеся боли или, напротив, отвлекли его от настоящей болезни.
►Смертельное блюдо
Гиллеспи идет гораздо дальше. По ее утверждению, ключ к разгадке смерти Гудини - не аппендикс, а порция чоп-суэй, которую он съел в больнице 28 октября. Согласно ее реконструкции событий, непереваренные пищевые волокна сформировали плотный комок, который закупорил кишечник.
Кишечная непроходимость препятствует нормальному продвижению содержимого кишечника и может привести к скоплению жидкости и газов, нарушению кровоснабжения кишечника, некрозу тканей, перфорации и опасной для жизни инфекции. Скопления пищевых масс и непереваренных волокон действительно способны вызвать непроходимость, хотя такое осложнение после обычного приема пищи встречается нечасто.
По словам Гиллеспи, 29 октября Гудини потребовалась экстренная операция, во время которой врачи вскрыли кишечник и удалили его содержимое. Его состояние ухудшилось, температура поднялась до 40,5 градуса, развился септический шок, и он потерял сознание. Гиллеспи утверждает, что 30 октября ему провели еще одну операцию и в тот же день, в 13:26, он умер - на сутки раньше официально указанной даты.
Однако газетные публикации того времени противоречат важным деталям этой хронологии. Уже 25 октября "Нью-Йорк таймс" сообщила, что Гудини перенес операцию по удалению аппендикса, и опубликовала заявление четырех его лечащих врачей о разрыве аппендикса и инфекции в брюшной полости. 29 октября газеты сообщили о второй операции, проведенной для лечения паралича кишечника, развившегося вследствие инфекции.
Гиллеспи утверждает, что газетные публикации и документы не отражают того, что произошло на самом деле. Расследование она начала практически случайно, когда помогала создавать сайт для учебного курса о Гудини в Университете Невады. Гиллеспи училась в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе и 15 лет работала в Беверли-Хиллз, однако прежде никогда не занималась исследованиями, посвященными Гудини, и, по ее словам, даже не испытывала особого интереса к фокусам и иллюзиям.
Профессиональное любопытство у нее вызвало свидетельство о смерти. Она заметила в документе исправления, ошибки в именах и подпись врача, который, по ее утверждению, не присутствовал в момент смерти. Впоследствии Гиллеспи удалось обнаружить три разных свидетельства о смерти, в том числе документ, представленный страховой компании. По ее словам, один из документов был признан недействительным из-за следов исправлений, а в разных версиях она обнаружила противоречия. Гиллеспи утверждает, что более десятка человек из ближайшего окружения Гудини, включая родственников и сотрудников, участвовали в сокрытии истинных обстоятельств его смерти.
Зачем кому-то понадобилось скрывать обстоятельства смерти Гудини? Гиллеспи выдвигает три возможных мотива. Первый - опасение, что станет известно о врачебной халатности, если кишечная непроходимость была вызвана пищей, которую Гудини дали в больнице, а врачи вовремя не диагностировали осложнение. По мнению исследовательницы, отсутствие упоминания второй операции в изученных ею документах о смерти - один из признаков того, что что-то пытались скрыть.
Второй мотив - деньги. Страховой полис Гудини предусматривал повышенную выплату в случае смерти в результате несчастного случая. Гиллеспи полагает, что описание обстоятельств смерти позволило Бесс получить двойную страховую выплату. Третий мотив самый странный: Хеллоуин. По версии Гиллеспи, причастные к сокрытию обстоятельств смерти хотели закрепить датой его смерти 31 октября - праздник, ассоциирующийся с привидениями и миром мертвых, - и тем самым укрепить миф вокруг фокусника, который боролся с медиумами. Трудно придумать более символичную дату для человека, посвятившего годы борьбе с теми, кто утверждал, что способен общаться с умершими.
►Доказательства и предположения
Несмотря на интригующую теорию, важно различать факты и их интерпретацию. Книга Гиллеспи - не медицинское исследование, прошедшее научное рецензирование, а самостоятельное историческое расследование, опубликованное в принадлежащем ей издательстве. Вскрытие тела после смерти не проводилось, поэтому прямых патологоанатомических доказательств, которые позволили бы установить, что именно произошло с организмом Гудини, нет. Само по себе наличие исправлений и ошибок в документах не доказывает попытку скрыть врачебную халатность, страховое мошенничество или изменить дату смерти.
Исследователи Гудини расходятся во мнениях. Патрик Коллитон, помогавший Гиллеспи в работе над расследованием, считает, что имеются веские свидетельства в пользу ее выводов, особенно в части реабилитации Уайтхеда. Джон Кокс, автор исторического сайта "Wild About Harry" (Без ума от Гарри), также помогавший исследовательнице, был впечатлен новой информацией, но сохранил скептическое отношение. В своем обзоре он назвал книгу увлекательным детективом с интригующими предположениями, однако подчеркнул, что она не содержит решающих доказательств ни одной из выдвинутых версий. По его мнению, загадка по-прежнему не разгадана.
Джордж Хардин, внучатый племянник Гудини, также заявил "Нью-Йорк таймс", что теория кажется ему убедительной, однако он сомневается, что историков, фокусников и поклонников Гудини удастся убедить отказаться от истории, в которую поколения людей верили долгие годы. Человеком, заплатившим за эту историческую версию личную цену, стал Джослин Гордон Уайтхед. Хотя его так и не привлекли к суду, общественное обвинение преследовало его всю жизнь. Согласно новому расследованию, он замкнулся в себе, отдалился от людей, чтобы избежать позора, и в 1954 году умер от истощения в возрасте 57 лет. Его похоронили в Монреале без надгробия.
Гиллеспи решила исправить то, что считает совершенной по отношению к нему несправедливостью. Она разыскала родственника Уайтхеда, заказала гранитное надгробие и отправилась в Монреаль на церемонию его установки. На камне высекли его имя и слова: "Больше не обвиняемый без вины". На церемонии присутствовали родственник Уайтхеда и Джордж Хардин, родственник Гудини.
►Спиритические сеансы стали традицией
Тело Гудини доставили из Детройта в Нью-Йорк в специальном бронзовом гробу. Незадолго до этого он использовал его в одном из своих выступлений, демонстрируя, как можно находиться в герметично закрытом пространстве, не поддаваясь страху. На похоронах 4 ноября 1926 года присутствовали около двух тысяч человек, в том числе два раввина. Согласно его желанию, Гудини похоронили на еврейском кладбище в Куинсе, рядом с матерью. Он даже оставил подробные указания относительно раввина, который должен был провести похоронную церемонию, и попросил положить под его голову в гробу пачку писем, которые мать писала ему на протяжении многих лет, чтобы он мог вечно покоиться на них.
Бесс, которая сопровождала его на протяжении 32 лет супружеской жизни, рядом с ним не похоронили. Хотя ее имя и высечено на его надгробии, сама она покоится на католическом кладбище в штате Нью-Йорк: еврейское кладбище не разрешило похоронить ее на своей территории. Перед смертью супруги договорились об одном последнем испытании: если общение с умершими действительно возможно, Гудини передаст Бесс секретное послание, известное только им двоим. Они придумали шифр, основанный на слове "Rosabelle", названии песни, связанной с их знакомством, и последовательности слов, которая кодировала послание "Believe" (Верь).
Бесс годами пыталась связаться с мужем через медиумов. В 1929 году медиум Артур Форд заявил, что ему удалось передать послание. Однако впоследствии выяснилось, что шифр был опубликован еще раньше, и Бесс отказалась от веры в возможность общения с умершими. 31 октября 1936 года, ровно через десять лет после официальной даты смерти Гудини, на крыше одной из голливудских гостиниц состоялся широко освещавшийся в прессе спиритический сеанс. На нем присутствовали сотни зрителей и журналистов. Все ждали знака от человека, которому удавалось выбраться из любого места, куда его помещали. Но Гудини так и не появился. Бесс погасила зажженную в его память лампу и объявила, что больше не будет ждать. Позже она объяснила свое решение словами о том, что десять лет - вполне достаточный срок, чтобы ждать любого мужчину. Поклонники Гудини, в отличие от нее, не прекратили ждать. Спиритические сеансы превратились в ежегодную традицию, и 31 октября этого года, в столетнюю годовщину его официальной даты смерти, прошли новые памятные мероприятия, в том числе встречи в его бывшем доме в Гарлеме, на 113-й улице.
Перевод: Гай Франкович
