![]() |
| (Фото: архив) |
Умер Борис Ельцин – один из великих правителей России. Величие его было не в том, что он был решительным и либеральным реформатором, как Александр II; не в том, что он прорубил окно в Европу, как Петр I; не в том, что он сделал Россию просвещенной европейской державой, как Екатерина II. Величие его было в том, что Борис Ельцин, крестьянский сын, партийный вельможа, правитель, страстно влюбленный во власть, обладал врожденным чувством свободы.
Это чувство свободы, сопряженное с масштабом личности, вообще бывало у партийных вельмож - Александра Яковлева, Эдуарда Шеварднадзе - и начисто отсуствовало у мелких майоров и подполковников КГБ, промышлявших в те годы по посольствам красной икрой, водкой и доносами. Именно это чувство свободы привело Ельцина к опале в конце 80-х, привело его на баррикады в 91-м и не позволило ему отменять выборы, подтасовывать их результаты и закрывать телеканалы.
Все познается в сравнении. Ельцина обвиняли в коррупции. Но максимум, что история может предъявить Ельцину – какие-то сомнительные карточки его дочерей да зять во главе «Аэрофлота». За что бы ни получили пол-России Фридман, Ходорковский или Потанин – они получили это не потому, что сидели с Ельциным в одном кабинете.
Какой контраст с нынешней Россией. Россией, где все друзья президента Путина, все, кто служил вместе с ним в КГБ и состоял в одном и том же кооперативе «Озеро», все получили российские газ, нефть, уран, оружие, железные дороги и пр.
Пресса жестоко критиковала Ельцина за чеченскую войну. СМИ смеялись над пляской пьяного Ельцина в Германии и над историей о 38 снайперах. Почему-то журналистов за это не расстреливали в подъездах, а владельцев телекомпаний не сажали в тюрьму.
Какой контраст с нынешней Россией. Россией, где никто громко не критикует президента Путина. Да, собственно, и президента Путина мы не слышим, потому что он не имеет привычки обращаться к гражданам в критические для нации моменты и по важным для нации поводам.
Ельцина критиковали за развал СССР. Сказать сложно, ибо если бы СССР тогда не развалился мирно, то он бы разваливался по югославскому варианту - с нарастающим морем крови в каждой очередной республике. Но, так или иначе, при Ельцине Россия была главной в СНГ и равной партнерам на Западе. Нам приходилось краснеть за пьяного президента, но нам не приходилось ужасаться из-за инфантильного президента.
Какой контраст с политикой президента Путина: начиная с президентского гнева по поводу ограбленных в Польше детей дипломатов, повлекшего избиения польских дипломатов в Москве, и кончая пассажем про граждан «некоренной национальности», приведшим к депортации грузин. Эта политика кончилась тем, что за пределами России у нас больше нет стран-друзей. Ельцин привел страну в «Большую восьмерку», Путин – к грани, за которой начинаются страны-изгои.
Ельцин совершил много мелких ошибок: непоследовательно проводил реформы, держал возле себя Коржакова, потом Березовского. Ельцин совершил одну ошибку, фундаментальную: он так и не реформировал силовиков. Сначала оно ему как-то было не нужно. Роль всемогущего силовика исполнял при нем Александр Коржаков, который не хотел выборов 1996 года. Это хрестоматийная история с силовиками: им не хотелось, чтобы президент был обязан властью народу. Им хотелось, чтобы президент был обязан властью только им.
А когда выборы состоялись и Ельцин вышел во второй тур, Коржаков сделал все, чтобы сорвать выборы – с помощью коробки из-под ксерокса. Президент отправил его в отставку и через несколько дней свалился с тяжелейшим инфарктом. И все-таки тогда Ельцин выбрал – между зависимостью от Коржакова и зависимостью от общества. Спустя несколько лет, после ареста Ходорковского, президент Путин сделает прямо противоположный выбор.
Но только к 1998 году Ельцин понял, что он худо-бедно реформировал экономику, но совершенно никак не тронул силовиков, и вся эта орава, превратившая прокуратуру, ФСБ, МВД в коммерческие общества со множеством акционеров, филиалов и филиальчиков, все эти полковники и генералы, на платной основе нанимаемые олигархами, чтобы поставлять им девочек или заводы, ведут наступление на Ельцина под лозунгом «разворовали страну». Лозунгом, смысл которого сводился к тому, что «они разворовали, а нам не дали».
Ельцин попытался исправить положение. Сначала назначил главой Администрации силовика Бордюжу, тот бездействовал. Потом президент назначил главой правительства силовика Сергея Степашина, тот решил жить со всеми дружно. И тогда президент Ельцин назначил главой правительства еще одного силовика – Владимира Путина.
Короток был список силовиков, которых можно было счесть хоть в чем-то либералами.
Президент Ельцин одинаково любил власть и свободу. Он знал, что газеты – одно, а история – другое. Он не хотел войти в историю как первый диктатор России. Он не раздавал российских компаний своим друзьям, не травил своих врагов полонием и не сажал их в тюрьму, не закрывал оппозиционные телекомпании и не извращал смысл выборов. За это над ним смеялись с экрана, и прокурор Скуратов, в перерывах между посещениями проституток, копался в карточках его дочерей.
Президент Путин учел ошибки президента Ельцина. С экрана не смеются над президентом Путиным. Вопрос в том, что скажет о Путине история.
Да, президент Ельцин многого не создал. Не довел до ума экономику, устроил дефолт, не реформировал силовиков. Но он был свободным человеком, и он поделился этой свободой со всеми нами. При Ельцине в России впервые в XX веке возникло свободное общество, и это свободное общество до сих пор остается свободным, несмотря на закрытые телекомпании, переделенные активы и чекистов во главе государства.
Это свободное общество даже президент Путин не сможет преобразовать в государственное унитарное предприятие и поставить во главе своего приятеля по кооперативу «Озеро».
Юлия Латынина, 23.04.07