Рита Петраускайте: «Когда голос становится историей»

Клайпедский государственный музыкальный театр (КГМТ) рад приветствовать солистку, чей голос уже много лет радует публику и которая убедительно создает образы новых персонажей. Рита Пятраускайте, исполнившая более 30 ролей в операх, опереттах и мюзиклах, на этот раз принимает особый вызов – в моноопере «Примадонна».

Эта премьера, которая состоится в Клайпедском государственном музыкальном театре 13, 14 февраля и 18, 27 марта, — не только музыкальное событие, но и эмоциональное путешествие в мир главной и единственной героини этой оперы, в которой переплетаются голос, женственность, внутренняя сила и хрупкость.

«Примадонна» — это о голосе, который слышен не только на сцене, но и достигает души.

О подготовке к этой особенной премьере, творческой дисциплине, волшебстве сцены и значении тишины — беседа с Ритой Петраускайте, солисткой, чей голос вдохновляет нас верить в силу искусства.

— Как вы относитесь к подготовке к своей первой роли в моноопере? Какие эмоции наиболее важны для вас как для театральной примадонны – возможно, вы узнаете в этой роли себя?

— Готовясь к этой новой роли, я чувствую себя так, словно стою на пороге между волнением и внутренним покоем. Самые важные эмоции – это открытость и чуткость, потому что это произведение их требует. «Примадонна» мне близка тем, что это история о голосе, который является не просто звуком, но и внутренним миром, женским опытом, одновременно хрупкостью и силой.

— Почему режиссёр Рута Буниките предложила вам исполнить эту роль?

— Возможно, режиссёр увидела во мне внутренний баланс между стойкостью и уязвимостью, необходимыми для этой постановки, и в то же время желание погрузиться в рискованное, очень открытое сценическое путешествие!

— Отличается ли подготовка к моноопере, где вы выступаете на сцене одна, от подготовки к обычным оперным ролям, которые вы играете вместе с коллегами?

— Принципы работы меняются – здесь нет партнеров, поэтому вся драматургическая энергия сосредоточена на мне. Это требует гораздо большей внутренней дисциплины, внимания к ритму, дыханию, выносливости. Это другой вызов, больше напоминающий марафон, нежели эстафету.

— Вы могли бы рассказать о характере главной героини — что в ней вам кажется наиболее интересным или сложным?

— Для меня наиболее важны внутренние противоречия этой героини — она сильная, но уязвимая, полна уверенности в себе, но постоянно борется с сомнениями. Самое сложное — тонко передать эти противоречия на сцене так, чтобы они звучали органично и показали человека по ту сторону блеска.

— Что, по-вашему, зрители должны вынести из спектакля «Примадонна» — какое послание или эмоцию вы хотите передать?

— Я хочу донести до зрителей, что каждый голос — это история. Спектакль приглашает остановиться, обратить внимание на эмоции, которые зачастую остаются за кулисами. «Примадонна» — это произведение о внутреннем путешествии, уверенности в себе и смелости быть открытой: я хочу передать эту универсальную мысль.

— Вы создали множество разнообразных ролей. Какие из них были и остаются для вас наиболее важными и почему?

— В моей карьере много ролей, которые оставили глубокий след, но некоторые из них для меня особенные. Прежде всего, это роль Русалки в опере Антонина Дворжака «Русалка». Эта партия была чрезвычайно важна, она продемонстрировала мою вокальную зрелость.

Еще одна особенная роль — Мари в опере Гаэтано Доницетти «Дочь полка». Это жизнерадостный, живой, но в то же время технически сложный персонаж, требующий как вокальной выносливости, так и сценического обаяния. Она позволила мне показать другую — более озорную — сторону моей личности.

Также мне очень дорога роль Виолетты в опере Джузеппе Верди «Травиата». Драматизм этого персонажа настолько глубок, что каждый раз, исполняя её, я испытываю эмоциональное потрясение.

Эти роли важны для меня не только как профессиональные достижения — они сформировали меня как художника, укрепили мою уверенность в себе и помогли мне установить тесную связь со зрителями.

Образ Индре в опере Эдуардаса Бальсиса «Путешествие в Тильзит» также сыграл очень важную роль в моей карьере. Во-первых, это произведение литовской классики, исполнение которого я считаю большой честью для себя. Во-вторых, образ Индре невероятно многогранен: это женщина, живущая между долгом, чувствами и роковыми поворотами судьбы. Сопереживать её драме, передать её внутреннюю борьбу стало для меня огромным художественным вызовом. Роль Индре напомнила мне о том, насколько универсальна опера: она охватывает как литовскую историю, так и искренние человеческие чувства, которые трогают каждого слушателя.

— Что вам больше нравится — опера, оперетта, мюзикл или концертные выступления?

— У каждого жанра есть своё очарование. Классическая опера для меня самая зрелая и сложная – она позволяет мне совершенствовать технику и глубже вникать в психологию персонажей, передавать эмоции.

Оперетта и мюзикл близки по другой причине – в них много движения, сценического озорства, больше возможностей для импровизации, здесь легче установить непосредственную связь со зрителями.

Концертные выступления — это особый формат, потому что здесь только я, музыка и слушатель. Реакция публики здесь ощущается очень отчетливо, поэтому каждый концерт становится своего рода живым диалогом.

— Каковы ваши отношения с режиссерами? Как вы договариваетесь об интерпретации, часто ли вы предлагаете свои идеи?

— Отношения с режиссерами для меня очень важны. Я всегда стараюсь строить их на уважении и открытости к диалогу. Режиссер видит всю работу целиком, поэтому его видение для меня является основой. Я прихожу на репетиции готовой выслушать, принять его идеи и вместе искать решения.

Но то же время я считаю, что исполнитель должен быть активным участником процесса творчества. Я всегда делюсь с режиссёром своими мыслями и такие обсуждения обогащают роль — я дополняю драматургическое видение, созданное режиссёром, своим сценическим опытом. Мне нравится, когда режиссёр предоставляет исполнителю пространство для творчества, но в то же время чётко указывает направление — именно тогда рождаются лучшие результаты.

— Важны ли для вас дирижер и коллеги, с которыми вы работаете?

— Да, это очень важно. Дирижёр для меня — как главная опора: он объединяет оркестр, хор и солистов в единое целое. Мне важно чувствовать его пульс, дыхание, энергию. Когда между дирижером и солистом возникает доверие, появляется возможность чувствовать себя на сцене свободно и даже импровизировать.

Коллеги на сцене подобны партнерам в танце. Каждый из них привносит свою энергию, характер, и только благодаря настоящему общению рождается живое представление. Иногда достаточно одного взгляда, прикосновения или даже изменения тембра голоса для того, чтобы вызвать на сцене новую эмоцию – это возможно только тогда, когда коллеги доверяют друг другу.

На мой взгляд, чувство ансамбля очень важно в творчестве исполнителя — настоящее волшебство происходит только тогда, когда дирижер, оркестр, хор, партнеры становятся единой творческой волной.

— Что стало вашим самым большим успехом на сцене – награды, эмоции публики, что-то еще?

— Путь певца одновременно и легкий, и сложный. Смотря, к чему вы сами стремитесь, чего хотите достичь. Титулы — это хорошо, но наибольший успех — это когда вы на сцене, исполняя ту или иную роль, заставляете публику плакать или смеяться, а может быть, и задуматься. К сожалению, иногда мы сталкиваемся с неудачами, и тогда требуется сила, чтобы не сломиться, восстановиться. В такие моменты вы укрепляете свой характер, поднимаетесь и снова двигаетесь вперёд. Настоящий успех — это когда вы способны подняться и снова двигаться вперёд после падения.

— Как вы совмещаете напряженный рабочий график с личной жизнью? Есть ли у вас хобби, которое помогает вам расслабиться и сосредоточиться?

— Музыкальная жизнь — это как непрерывное путешествие: репетиции, концерты, подготовка к выступлениям, энергия и эмоции бурлят. Поэтому для меня было очень важно найти место, где я могла бы восстановить внутреннюю тишину. Так я открыла для себя пчеловодство. Пчёлы — мои маленькие учителя. Они учат терпению, гармонии и особой чуткости к окружающей среде. Наблюдая за их гармоничной работой, понимаешь, что у всего есть свой ритм, своё время. Это понимание очень полезно и на сцене — ведь ритм, умение слушать и чуткость важны и в музыке.

Пчеловодство для меня не просто хобби, это еще и медитация. Оно возвращает меня к покою, равновесию, простоте. Возвращаясь к музыке после общения с пчелами, я чувствую себя эмоционально чище, более сосредоточенной, готовой передавать музыку из истинного внутреннего источника.

— Какое ваше главное жизненное правило, которому вы стараетесь следовать?

— Самое важное для меня — жить в соответствии со своим внутренним голосом. Быть искренней, благодарной за каждое мгновение и поддерживать гармонию между творчеством и тишиной. Только так я могу чувствовать в себе умиротворение и делиться им с другими.

Беседовала Жанета Скярсите

Интервью к публикации на русском языке подготовила Ирена ПЯТРУЛЁНЕНЕ