Немецкий генерал надеется, что бригада в Литве будет заполнена добровольцами - ИНТЕРВЬЮ BNS

Поскольку Берлин планирует развернуть в Литве бригаду численностью около 5 тыс. военнослужащих к концу 2027 года, заместитель командующего немецкой армией генерал-лейтенант Николь Шиллинг считает, что ее можно будет укомплектовать теми, кто решит служить добровольно.

«Сейчас мы общаемся со многими военными, которые говорят: „Мы хотим узнать, каковы условия, и что это будет означать для меня и моей карьеры“. Мы предоставляем им дополнительную информацию. Затем они принимают решение поехать в Литву, потому что видят преимущества даже для своей личной карьеры», — рассказала офицер агентству BNS, участвовавшая в Балтийской военной конференции в Вильнюсе на прошлой неделе.

«Именно так мы и рассматриваем этот вопрос, поэтому нет необходимости обсуждать другие сценарии», — подчеркнула она.

Еще в феврале немецкий новостной журнал Der Spiegel сообщал о трудностях с поиском добровольцев, желающих служить в 45-й бронетанковой бригаде, дислоцированной в Литве.

Согласно еженедельнику, в состав бригады, включающей 203-й танковый батальон и 122-й бронепехотный батальон, количество заявок от добровольцев составило всего 28–47%. Внутренние документы, цитируемые в то время, указывают на то, что после опроса, проведенного по всей армии, явилось лишь около 10% необходимых добровольцев, чтобы заполнить 1971 вакансию.

Когда эта информация стала известна, президент Гитанас Науседа успокаивал, утверждая, что канцлер Германии Фридрих Мерц заверил его в неизменности обязательств Берлина.

Шиллинг говорит, что опубликованные в Der Spiegel подробности «совершенно типичны» для подобного процесса. Она также подчеркивает усилия немецких военных по представлению Литвы как привлекательной страны для службы.

– Я хотел бы начать с 45-й танковой бригады. В феврале журнал Der Spiegel сообщил, что немецкая армия испытывает трудности с поиском добровольцев для службы в бригаде в Литве. Можете ли вы гарантировать, что все военные бригады, дислоцированные в Литве, будут здесь на добровольной основе?

– Прежде всего, я хотела бы еще раз подчеркнуть, что в Германии мы убеждены, что безопасность Германии начинается на восточном фланге НАТО, а не на нашей национальной границе. Постоянное размещение немецких войск знаменует собой конец стратегического невмешательства.

Я только что разговаривала с одним из профессоров Университета Вооруженных сил Германии, и он сказал мне, что мы недостаточно рассказываем об этой замечательной истории, об этом новом шаге, который предприняла Германия. Постоянная командировка за границу — это не совсем обычное явление для Германии. Поэтому все очень внимательно относятся к процедурам и промежуточным этапам.

Немецкие СМИ сообщают подробности, которые совершенно нормальны для процесса, посредством которого мы пытаемся удовлетворить потребности и достичь желаемых результатов. Могу сказать, что к середине этого года бригада будет насчитывать около 2 тысяч человек. Это значительно больше, чем раньше. Мы движемся к обеспечению полной оперативной готовности с точки зрения личного состава и техники к концу 2027 года. Шаги, которые нам необходимо предпринять на промежуточных этапах, сейчас координируются, это процесс. Я работаю в сфере кадровых вопросов почти 20 лет, поэтому могу сказать, что сейчас беспокоиться не о чем.

– Я сформулирую вопрос несколько иначе. Существует ли вероятность того, что принцип полной добровольности не будет достигнут?

– Наши военные чувствуют себя здесь как дома, очень желанными гостями. Поддержка Литвы как принимающей страны поистине исключительна, замечательна. Именно поэтому мы рассказывали и будем рассказывать эту историю всем военнослужащим немецких вооруженных сил. Чем больше солдат будет находиться здесь, в Литве, и рассказывать эту историю своим родственникам, друзьям и товарищам в Германии, тем шире она распространится. На самом деле, нет лучшей страны для развертывания войск, чем Литва, и немецкие солдаты все больше это понимают.

– Даже лучше, чем в самой Германии?

– Ну, за исключением Германии, моей родины.

– Что касается упомянутого вами создания нарратива, было объявлено о применении целенаправленных мер для увеличения числа желающих служить в Литве, включая информационные письма потенциальным кандидатам и ознакомительные поездки в Литву. Последние уже начались?

– Насколько мне известно, подобные учения проводились и раньше, сейчас мы начинаем наращивать мощности. Например, сейчас у нас есть возможность, и мы уже планируем провести учения в Литве, в которых примет участие большее количество военных. Мы также обсудили с командующим армией возможность проведения в Литве учений по базовой подготовке, чтобы солдаты могли приехать в страну, посмотреть, как здесь работают, тренируются и каковы условия жизни.

– Учитывая это, заметили ли вы, что, например, с февраля, желание приехать и служить в Литве возросло?

– Да. Военные интересуются условиями и обстановкой, задают много вопросов, что очень хорошо, поскольку свидетельствует о растущем интересе.

– Однако, остается ли вероятность того, что некоторые солдаты будут отправлены по приказу, а не добровольно?

– Сейчас мы общаемся со многими военными, которые говорят: «Мы хотим узнать, какие там условия и что это будет значить для меня и моей карьеры». Мы предоставляем им дополнительную информацию. Затем они принимают решение поехать в Литву, потому что видят преимущества даже для своей личной карьеры. Мы смотрим на это именно так, поэтому нет необходимости обсуждать другие сценарии.

– Насколько я понимаю, вы не видите риска того, что бригада может не выйти на полную мощность в 2027 году ?

– Я этого действительно не вижу.

– Литва, со своей стороны, утверждает, что инфраструктура для бригады строится быстрее, чем планировалось. Немецкое политическое руководство неоднократно заявляло, что темпы развертывания войск будут зависеть от скорости строительства. Насколько реалистично, что немецкая бригада может быть развернута до конца 2027 года?

– Мы также готовимся к такому сценарию. Мы всегда включаем вопросы временной инфраструктуры в наши военные планы, когда рассматриваем вопрос развертывания войск не только в Литве, но и в других регионах. У нас есть средства для обеспечения наших войск инфраструктурой другими способами (...), мы делали это и раньше, отправляясь на международные миссии.

В момент, когда это становится необходимым с военной точки зрения, появляются возможности для размещения войск, даже если постоянная инфраструктура еще не готова. В этом и следующем году мы намерены проводить все больше и больше крупномасштабных учений, даже до того, как боевая бригада достигнет полной боеготовности. Это показывает, что если мы можем разместить здесь войска на учениях, то при необходимости их можно будет разместить и на более длительный период времени.

– Что в данном случае означало бы необходимость с военной точки зрения?

– Если ситуация сложится так, что мы поймем: «Хорошо, теперь нам нужно больше солдат в Литве», то мы сможем разместить их здесь.

– Это была бы какая-то угроза?

– Вы спросили, возможно ли перебросить персонал раньше, и мой ответ – да, это возможно. Если бы в этом была военная необходимость, это было бы возможно. Однако на данный момент я не вижу в этом необходимости или каких-либо конкретных рисков.

– То есть это будет военное решение, а не политическое?

–На данном этапе я не вижу причин для принятия иного политического решения, кроме того, которое мы уже приняли. Поэтому единственная причина, которую я могу себе представить сейчас, — это военные действия».

– Первоначальный план 45-й бригады основан на тяжелой бронетехнике – танках и боевых машинах пехоты. Однако мы видим, что в современной войне без полного превосходства в воздухе и противовоздушной обороны эти возможности очень уязвимы. Вынудило ли нас возросшее значение систем ПВО и противодействия беспилотникам скорректировать состав бригады, которая будет развернута в Литве?

– В настоящее время мы планируем дальнейшее развитие вооруженных сил Германии в целом. Мы изучаем цели НАТО в области боеспособности, извлекаем уроки из войны на Украине и войны на Ближнем Востоке.

Корректировка бригадной системы в целом затрагивает и бригаду в Литве. Однако этот процесс пока не настолько продвинулся. Это непрерывный процесс, поскольку один из уроков войны на Украине заключается в том, что нельзя формировать свои силы так, как это делалось в последние десятилетия, и что изменения необходимо вносить в более короткие циклы, чем раньше.

Нам придётся адаптировать процедуры процесса планирования сил, поэтому возможны некоторые изменения, но они не будут означать ликвидацию отдельных батальонов, а скорее мы будем стремиться к обеспечению дополнительных возможностей.

– За какой период времени могут произойти эти изменения?

– Через год-два. На некоторые вещи может потребоваться немного больше времени, но когда речь идет о средствах противодействия беспилотникам, нам нужно развернуть их очень быстро. Сейчас мы рассматриваем системы, которые могли бы быть полезны для интеграции этих возможностей, например, в наш бронетанковый батальон.

Если мы посмотрим, например, на деятельность на Восточном фланге, то увидим, что бригада также получает поддержку от военно-воздушных сил. Поэтому нам нужно мыслить шире, чем просто на уровне отдельных типов войск, например, сухопутных, но также учитывать, какой вклад могут внести военно-воздушные или другие возможности.

– Итак, гипотетически говоря, было бы реалистично рассматривать возможность создания батальона по борьбе с беспилотниками?

– Не батальон по борьбе с беспилотниками, а средства противодействия беспилотникам, интегрированные в структуру батальона. Скажу прямо – этому должен научиться каждый солдат. Это не тот аспект, для которого нужны специалисты, которых мы могли бы пригласить, такие возможности должны быть в самих ротах и ​​батальонах. Штаб батальона должен иметь средства и уметь их использовать.

– Раз уж зашла речь об оружии, какая часть военной техники в настоящее время размещена в Литве?

– Если рассматривать всю бригаду в целом… На данный момент речь идет скорее о специализированной технике, а не о бронетехнике, поскольку она все еще находится в батальонах или в Германии – нам нужна инфраструктура, чтобы содержать ее здесь и поддерживать боеготовность. Но это изменится, особенно в следующем году, мы готовы перебросить ее сюда, как только будет создана необходимая инфраструктура.

– Спасибо за беседу.