Что скрывает инсталляция «444-й сезон» в Вильнюсском cтаром театре?⠀
Хотели бы вы сходить в театр и посмотреть на необычную инсталляцию французского художника Винсента Руманьяка (Vincent’as Roumagnacas)? Мы с дочкой-подростком побывали для вас на её открытии. Автору удалось нас удивить, но совсем не тем, о чем красиво написано в аннотации.⠀
⠀
Заявленный как международный экологический проект «444-й сезон» («444-asis sezonas»), на деле обнажает глубокую, почти трагическую реальность, в которой сегодня живет Вильнюсский старый театр (Vilniaus senasis teatras). ⠀
Проект был создан по инициативе куратора Андрюса Катинаса (Andrius Katinas) как масштабное исследование памяти театрального здания. Режиссер преобразует пространство, убирает привычные рамки.
Во время посещения инсталляции зрители могут свободно бродить по коридорам, подвалам и закулисью театра. Новый формат «театрального квеста» оказался идеальным для подростка. А для меня, человека, который часто бывал здесь раньше, за этой интерактивностью открылось иное понимание жизни театра.
⠀
Как выглядит пространство инсталляции? Вдоль старых советских красных дорожек натянуты огромные стены из белой плёнки. Она выглядит не как изящный художественный жест, а как строительная ширма, за которой в спешке пытаются спрятать ветхость. На её фоне сиротливо стоят одинокие горшки с живой рутой. Рядом расположены фотополотна с увядающими, засыхающими цветами. ⠀
Театр похож на красивый склеп, который изо всех сил пытаются оживить.⠀
Здание давно нуждается в настоящем, масштабном обновлении. Оно пережило слишком много сложных исторических периодов. Но реального ремонта не происходит, и никто не знает, когда он будет и будет ли вообще. В воздухе отчетливо висит тяжелый, тревожный вопрос: «Что дальше? Не закроют ли театр насовсем?».⠀
Самое грустное, что жизнь в это здание вносят вовсе не концептуальные французские инсталляции со мхом и цветами. Жизнь здесь живёт благодаря верной труппе. Для актеров, которые сейчас пытаются бережно и хрупко нащупать новые пути, играть на разных языках и впускать новые культурные потоки, родной театр — не просто площадка для экспериментов, а их огромный дом, который они искренне любят и защищают своим талантом на большой и малой сценах.⠀
И пока на бумаге критики рассуждают о «реэкологизации театра» (Teatro re-ekologizavimas) и «полифонии» (polifonija), в реальности белые стены Руманьяка кричат о том, что театр просто деликатно прикрыли тканью, зависнув в тревожном анабиозе перемен.⠀
Выставка продлится до 12 июня. Сходить на неё стоит для того, чтобы сквозь призму чужого искусства почувствовать, как сильно мы боимся потерять живой, ускользающий, но такой родной для города дом.⠀
Фото автора
