Министр ВД Литвы: пакт ЕС меняет процедуры, но не политику Литвы по выдворению мигрантов - ИНТЕРВЬЮ BNS

После вступления в силу на прошлой неделе Пакта Европейского союза (ЕС) о миграции и убежище литовский министр внутренних дел Владислав Кондратович говорит, что это изменит процедуры проверки нелегальных вторичных мигрантов, но не принципиальную политику Литвы по их выдворению на границе с Беларусью.

Как сообщало агентство BNS, после вступления в силу упомянутого пакта неправительственные организации Литвы, Латвии и Польши призвали пересмотреть практику выдворения мигрантов на границе с Беларусью.

По их словам, даже в исключительных обстоятельствах, на которые распространяется регламент ЕС по реагированию на кризисные и форс-мажорные ситуации, государства-члены остаются связанными основными обязательствами в области прав человека.

По словам Кондратовича, в связи с ростом нелегальной вторичной миграции через Латвию и вступлением в силу нового регламента такие прибывшие мигранты могут задержаться в Литве дольше из-за процедур проверки, но в конечном итоге все равно будут переданы стране, в которой они впервые пересекли внешнюю границу ЕС.

В интервью BNS министр внутренних дел сообщил, что совместно с Министерством социальной защиты и труда моделируется привлечение дополнительных мощностей и помещений, хотя сейчас такой необходимости нет. Кроме того, Литва снова намерена оказать помощь Латвии в пресечении миграционных потоков.

По данным Службы охраны государственной границы Литвы, с 2021 года литовские пограничники не позволили незаконно въехать в страну более 25,3 тыс. иностранцев. Эту политику Сейм узаконил в 2023 году.

Запад обвиняет Беларусь в провоцировании миграционного кризиса в восточных странах-членах ЕС и называет это гибридной атакой.

– С 12 июня во всех государствах-членах ЕС применяется Пакт о миграции и убежище. Как его вступление в силу меняет политику Литвы по выдворению мигрантов на границе с Беларусью и их приему?

– Главный посыл заключается в том, что в настоящее время у нас все еще действует экстремальная ситуация государственного уровня из-за нелегальной миграции. Поэтому мы и дальше, как и прежде, будем осуществлять политику недопуска нелегальных мигрантов. Это означает разворот в том случае, если нелегально находящиеся на границе мигранты пытаются попасть на нашу территорию.

Конечно, ситуация может измениться (...) в случае вторичной миграции, когда люди нелегально попадают на нашу территорию и их останавливают.

Если они прошли проверку, скажем, на территории Латвии, лицо будет немедленно возвращено. Если нет, нам придется ввести процедуру установления личности. Но у нас есть трехсторонний договор в странах Балтии, поэтому в течение предусмотренного в нем, кажется, 30-дневного срока эти люди передаются стране, из которой они нелегально попали на территорию ЕС – Латвии или Эстонии, чаще всего – Латвии.

– В прошлом году поток вторичной миграции, когда мигранты из Беларуси попадают в Латвию, а затем через Литву едут в Западную Европу, сильно вырос. Вы говорите, что здесь может быть больше изменений, чем при выдворении мигрантов самой Литвой на границе?

– Сейчас мы наблюдаем две группы нелегальных мигрантов с разным статусом. Тех, кто прошел проверку там и покинул учреждение для приема, в которое был помещен, второй раз никто не проверяет, они будут немедленно возвращены, как согласовано с латвийской стороной.

В том случае, когда Латвия не заметила пересечения границы и нелегальный мигрант оказался на нашей территории, где был остановлен, также будет проведена проверка, но на основании трехстороннего договора они будут не возвращены, а переданы Латвии.

– Уточните, пожалуйста, что это за проверка, что она устанавливает?

– Это такая первая проверка, она устанавливает личность иностранца, состояние здоровья, а также оценивает, не представляет ли он угрозы безопасности, людям нашей страны.

– С началом применения пакта ЕС, если эта проверка не проведена, мы не не сможем возвращать в Латвию вторичных мигрантов?

– Сможем, только мы должны провести первую проверку и выяснить факт, что они действительно пересекли границу Латвии с Беларусью. На этом основании мы устанавливаем процедуру, но они солидарно передаются латвийской стороне.

– В таком случае обязанность провести первую проверку ложится на Литву? Или Латвия во всех случаях уже провела проверку?

– Не во всех случаях. Мы и сейчас должны доказывать латышам, что нелегальные мигранты прибыли с их стороны. Мы смотрим, есть ли документы, если их нет, пытаемся по другим данным установить, откуда эти люди пришли.

Если мигранты находятся на границе с Латвией, то все очень просто. Но обычно часть все же попадает вглубь Литвы или их останавливают на литовско-польской границе, тогда процедура немного длиннее. Нам, возможно, нужен дополнительный резерв помещений, в которых могло бы разместиться возросшее количество людей, потому что процедуры возврата, передачи удлиняются.

– Насколько примерно могла бы удлиниться передача мигрантов Латвии?

– Это зависит от ситуации. Проверка – семь дней, передача латвийской стороне у нас может занять до 30 дней. Будет зависеть от потоков, возможно, появятся дополнительные процедуры с латвийской стороны. Потоки могут колебаться, это время передачи может продлиться или сократиться.

Вопросы дополнительных мест мы решаем вместе с Министерством социальной защиты и труда, пограничниками, смотрим мощности, предусматриваем активацию возможных мест размещения мигрантов. Есть Кибартай, другие места, но пока обходимся тем, что есть.

– Я понимаю, что прогнозируется дальнейший рост потока нелегалов именно из Латвии. Насколько он может увеличиться?

– Мы видим, что Польша в последние месяцы в этом году вообще не показывает, что было какое-то пересечение их границы с Беларусью. Скорее всего, эти потоки ищут место, где можно было бы попасть в ЕС. Вероятно, могут увеличиться и потоки в Латвии из Беларуси. Как тут будет, надо смотреть.

Мы вместе с пограничниками снова планируем отправить в помощь латышам дополнительные силы, чтобы они могли совместно патрулировать, снова делать остановки и профилактику на латвийско-белорусской границе. Знаю, что то же самое рассматривает и Польша, она готова выделить дополнительные силы, но здесь нужно отдельное соглашение между странами.

– Кстати, в четверг кабинет министров одобрил пакет изменений в правовые акты, реализующие Миграционный пакт ЕС. Законны ли применяемые Литвой выдворения на границе с Беларусью, пока не приняты эти поправки?

– Да, выдворение действует в соответствии с объявленной нами экстремальной ситуации государственного уровня в Литовской Республике. В любом случае, если мы хотим развернуть мигрантов, мы обязаны иметь решение. А что касается миграционного пакта, на самом деле здесь приходит очень много регламентов. Это проверка, все остальное. Есть регламенты, которые имеют прямое применение в отношении ответственных учреждений, определенных дальнейших предусмотренных вещей, особенно что касается интеграции, применения убежища.

Все уже есть в этом пакете. Надеемся, что на этой (весенней – BNS) сессии его удастся принять. С Сеймом мы уже раньше говорили о том, чтобы это было включено в эту сессию, и уже на следующей неделе мы будем представлять наш проект в Сейме.

– Последний момент, хочу спросить о временно восстановленном Польшей контроле на границах с Литвой и Германией в Шенгенской зоне, который в настоящее время действует до 1 октября. Есть ли признаки того, что Польша еще продлит контроль, или, наоборот – прекратит?

– То, что я слышу с польской стороны – что они готовы отменить восстановленный контроль на внутренних границах. Конечно, они смотрят, возможно, на свою западную границу с Германией, там будет зависеть от Германии, как они отреагируют, потому что в целом это сделано именно из-за решения немцев. Была определенная напряженность внутри Польши, шли процессы, в связи с которыми польское правительство просто видело, что такая мера восстановления контроля была бы эффективной. Ну, им удалось, я бы сказал так.

Больших дополнительных помех из-за этого мы не видим. Конечно, это дополнительные мощности, прежде всего с польской стороны, которые действуют на границе. В определенном смысле и наши пограничники в некоторых местах патрулируют совместно.

Мы во всех форматах посылаем как Польше, так и всему ЕС сигнал, что Шенгенская зона должна обеспечивать свободное передвижение. Конечно, когда случаются кризисные, экстремальные ситуации, а их не нужно скрывать, экстремальная ситуация у нас действует, (...) естественно, что определенные меры принимаются и другими странами, потому что не все страны одинаково способны защитить общее пространство от проникновения мигрантов, сталкиваются, возможно, с более серьезным давлением нелегальной миграции извне. Тут важна и солидарность, и совместное управление силами, и такие меры, как восстановление пограничного контроля.

– Вы видите необходимость все еще продолжать этот контроль?

– С нашей стороны увеличилось количество остановок (мигрантов – BNS) на польско-литовской границе. Немало останавливаем и в глубине Литвы, когда в силу патрулирования, других мер, разведки (...) они не успевают доехать до другой границы. Так что такие вещи мы делаем.

Если бы удалось дислоцировать совместные патрули в тех местах, где действительно пока не хватает сил, или найти какое-то техническое решение, значит, патрулирование помогло бы остановить нелегальную миграцию уже на границе Латвии. Конечно, там тяжелые природные условия, очень много болот, рек, лесистые территории, необитаемые, но все равно возможно. В прошлом году наши сотрудники действительно там поработали неплохо и остановили не один десяток мигрантов, которые пытались попасть на территорию ЕС через Латвию.

– Благодарю за беседу.