
b>Ещё свежи в памяти воспоминания о лете, но оно всё-таки уже – часть истории. Поэтому в разговоре с мэром Неринги вполне уместно задать вопросы, касающиеся именно итогов прошедшего лета: что получилось, а что так и осталось в планах?
Корреспонденту «Обзора», отправлявшемуся на беседу с мэром Неринги Дарюсом ЯСАЙТИСОМ (на снимке), казалось, что разговор будет идти, по большей части, о достижениях: уютный курортный городок на Куршской косе стал ещё привлекательнее благодаря новой, радующей глаз тротуарной (клинкерной) плитке. Но глава Неринги, согласившись с тем, что местным властям действительно есть чем похвастать, начал беседу с более практических позиций.
Так что наша первая задача, о которой мы говорим уже давно, остаётся той же: мы хотим сделать так, чтобы Неринга была привлекательной для туристов при любых погодных условиях.
И тут всё, прежде всего, упирается в существующие сегодня законы и правительственные постановления: если мы захотим у себя в Неринге построить хотя бы туалет, то на это уже надо получать разрешение в правительстве. Подобного, насколько я знаю, нет больше ни в одном из городов Литвы. Город у нас действительно особенный, но не думаю, что правительству стоило бы опускаться до «туалетного» уровня. При таком порядке под сомнение ставится компетенция местных специалистов: неужели они не способны сами решить, где можно и нужно построить такой «грандиозный» объект?
Но пример с туалетом - это, конечно же, больше для ясности сложившейся ситуации. На самом деле есть немало гораздо более серьёзных вопросов, которые не решаются. Не так уж много людей в Литве знают, что у нас, в Неринге, есть свой аэродром. Впрочем, аэродром – это слишком сильно сказано. Сегодня, как сказано в его статусе, это всего лишь взлётно-посадочная полоса для небольших легкомоторных самолётов. А такой статус запрещает приземление здесь частных самолётов с туристами. А их, судя по заявкам, довольно много.
Сами понимаете, что на своих самолётах прилетали бы определённого рода туристы – культурные, с большими финансовыми возможностями. А если мы хотим, чтобы на косе было поменьше автомобилей (самолёт выбрасывает в воздух меньше СО2, чем машина), то такой вариант надо хотя бы рассмотреть.
Если же мы поменяем статус взлётно-посадочной полосы (подобного статуса, кстати, больше нет нигде в Европе) на статус аэродрома, то это практически без дополнительных капиталовложений позволило бы нам привлечь гораздо больше богатых туристов. А нынешний статус разрешает здесь посадку только по выбору самих пилотов, причём не любого из них, а только самых опытных, с соответствующим допуском. А таких в Европе практически нет.
Поэтому когда кто-то говорит, что Неринга хочет построить аэродром, то это неправда. Он у нас уже был, и переоформление статуса не потребует ни одного нового метра асфальта. Всё уже есть.
Упираются в существующий законопорядок и другие наши задумки, например, в строительство Тропического центра моря. Разрешение на возведение такого центра есть, но опять же законы запрещают нам строить на выделенном месте дом отдыха. И ни один из инвесторов не захотел в таких условиях рисковать своими деньгами. По одной простой причине: сам по себе такой объект никогда не окупится, если это только не будет комплекс с нашей уникальной водой, лечебной грязью, банями и т.п. Всё это должно работать в связке, как единый организм. А это возможно только в том случае, если там будет дом отдыха (отель). Без комплекса цена на билет в «тропики» вырастает очень сильно, становясь малопривлекательной для большинства гостей. И они, скорее, поедут в Друскининкай, где получат те же услуги за гораздо меньшую цену.
Болевой точкой являются для нас и дороги: мы не можем хотя бы на метр расширить дорогу, проходящую через заповедник. Даже отремонтировать проложенную ранее, до объявления этой части заповедником, велодорожку мы не имеем права. Любая хозяйственная деятельность в заповеднике запрещена.
Между тем, я уверен, стоило бы собрать группу учёных, которые разобрались бы, почему заповедником стала именно та часть косы, которая ближе к морю, тогда как рядом – такие же растения и условия, но это уже не заповедник. Мне же кажется, что заповедником может быть только то место, где есть что-то особенное.
Хочу подчеркнуть, что родился и вырос в Неринге и как никто другой хочу, чтобы наш уникальный уголок земли был сохранён для будущих поколений. Поэтому мы должны больше зарабатывать не только для того, чтобы улучшать уровень жизни местных жителей, но и для того, чтобы больше средств шло на сохранение нашей косы.
А так мы дожидаемся лета и огромного количества туристов, получаем горы мусора и далеко не всегда поступления в местный бюджет (люди нередко приезжают на день со своей едой), а потом в остальные месяцы как-то перебиваемся.
Мне порой звонят гости из Калининградской области и просят подсказать, куда ещё можно сходить у нас, особенно, когда непогода разгулялась. Просят, например, баню человек на 20. А у нас такой вообще нет!
Неринге и таким городам, как наш, не стоит изобретать велосипед: Друскининкай показал всем, как надо хозяйствовать. У них кривая посещаемости города туристами давно уже не кривая, а чуть ли не прямая - круглый год туда едет примерно одинаковое количество гостей.
Неужели мы из 50 км пляжей не можем найти метров 500, которые можно было бы выделить под активные занятия водными видами спорта – для водных мотоциклов или катеров?
А разве нормально, когда что-то у нас делается по принципу «баня, а через дорогу – раздевалка»? Например, если мы построим Тропический центр, где человек сходит в СПА-центр, в баню, а потом будет вынужден идти километра два до своей гостиницы, то разве это будет нормально?
Самоуправление Неринги, и я в частности, постоянно поднимаем подобные вопросы перед правительством.
Но я бы, впрочем, не хотел, чтобы у ваших читателей сложилось такое впечатление, что мы в Неринге ничего не делаем, а только киваем на Вильнюс. Всё, что в рамках наших полномочий, мы делаем. Например, провели конкурс и стали устанавливать на улицах тренажёры.
Но это всё же не тот уровень, который нужен Неринге, если мы хотим заглянуть вперёд, на ближайшие лет 20-30.
К слову, моё самое большое желание сейчас – собрать воедино свод всех законов и постановлений, касающихся Неринги и Куршской косы. Собрать и сделать анализ, чтобы посмотреть, сколько из них противоречат друг другу. Чтобы исправить это, в конце концов, а то сегодня у нас каждый чиновник может найти в законах причину, по которой нам нельзя делать то или иное. То есть закон используется как отсылка при запретах, а ведь законы нужны для того, чтобы знать, что нужно сделать для того, чтобы завтра мы жили лучше.