Крупнейшей европейской державе не удалось получить место в Совете Безопасности. Но любой, кто объясняет это поражение исключительно политикой Берлина в отношении Израиля, упускает суть
Вначале было слово, и, скорее всего, слово поэтическое – наитийно освободившееся от узкого толкования и воспарившее до своей вневременной божественной сути.