Климат угрожает сырным банкам Италии: под ударом займы под Parmigiano

Среди холмов Эмилии-Романьи есть банковское хранилище, где лежит более полумиллиона головок Parmigiano Reggiano — актив стоимостью значительно свыше 300 млн евро.

Это хранилище принадлежит банку Credito Emiliano, более известному как Credem: еще с 1953 года он принимает молодые головки Parmigiano Reggiano в качестве залога по займам для местных молочных хозяйств.

Однако сегодня Италию угрожает экстремальная жара, и под удар попадают не только эти «сырные банки»: экономисты, изучающие влияние тепла на рост, отмечают, что риски распространяются на виноградники, оливковые рощи и экономику страны в целом.

Как устроены сырные займы под залог с поддержкой блокчейна Получив головки сыра от фермеров, дочерняя структура Credem — Magazzini Generali delle Tagliate — выдерживает их на созревании в двух складах, в Реджо-Эмилии и Модене. Обычно производители получают авансом 60–80% стоимости каждой головки.

С 1950-х схема заметно изменилась: благодаря блокчейн-технологиям фермеры могут закладывать головки даже тогда, когда сыр остается на их собственных площадках, что фактически удваивает кредитный потенциал Credem. Это решение закрывает практическую потребность: Parmigiano должен вызревать минимум 12 месяцев, а часто 24 или 36, и небольшим семейным фермам трудно держать такой объем запасов «замороженным» без оборотных средств. Поэтому банк выдаёт часть денег еще до того, как начнутся продажи.

И всё же масштабы системы шире, чем одно хранилище. В Италии ежегодно производят около 4 млн головок Parmigiano Reggiano, а в «сырных банках» хранится примерно 500 000 из них, рассказал CNN Джанкарло Раванетти, руководитель направления сырных складов банка. Его склады в сумме обрабатывают около 2,3 млн головок в год.

При этом Parmigiano Reggiano — это индустрия на 4 млрд евро ($4,7 млрд), которую поддерживают примерно 300 сертифицированных молочных хозяйств, и поддержание нужной температуры для такого количества сыра становится дороже. Из-за рекордных волн жары в Европе в этом году суточное потребление энергии выросло примерно на 30%, поэтому банку пришлось модернизировать системы охлаждения и котлы, усилить утепление и расширить собственную генерацию энергии из возобновляемых источников.

Климатические изменения бьют и по молочному сырью. В жару коровы чаще лежат и меньше едят, что снижает удои до 10% в год. По мере того как длительные и интенсивные периоды жары становятся более частыми, страдают и объем, и качество молока, а это в итоге разгоняет себестоимость.

Виноградники под давлением климата

Похожий климатический стресс на сопоставимых горизонтах виден и в итальянском виноградарстве. В регионе Франчакорта в Ломбардии, известном игристыми винами, сбор урожая 2026 года стартовал 30 июля — это самое раннее начало за всю историю наблюдений, после того как распускание почек произошло более чем на неделю раньше привычной нормы. На Сицилии же сбор растянулся на то, что виноградари называют «стодневным сезоном» по островным микроклиматам: производители подбирают сроки для каждого сорта, чтобы успеть до пика жары.

Coldiretti, крупнейшая ассоциация фермеров Италии, назвала 2026 год одним из самых ранних по началу уборки урожая в стране, связывая это с рекордной температурой и засухой. Эти факторы ускоряют накопление сахара в ягодах быстрее, чем формируется ароматический профиль, и такой дисбаланс особенно болезнен для позднеспелых красных сортов — например, для Nebbiolo, лежащего в основе Barolo.

Некоторые винодельни уже начали испытывать затеняющие сетки над лозой, изначально предназначенные для защиты от града, чтобы снизить солнечную нагрузку и сохранить кислотность. Coldiretti также указала на дополнительный слой затрат поверх погоды: конфликт в Иране добавил, по оценкам, около 250 евро на гектар по энергии, удобрениям и материалам в этом году, при том что экспортная выручка уже снизилась на 7% за первые четыре месяца 2026 года.

Но сильнее всего пострадали оливковые рощи. В Апулии и Калабрии — двух ведущих регионах по производству оливкового масла — национальный выпуск опустился заметно ниже исторической нормы свыше 350 000 тонн и составил примерно 270 000–300 000 тонн в сезоне 2025/26. В отдельные засушливые годы урожай Апулии падал более чем наполовину всего за один сезон.

Р. Джисунг Парк, экономист по рынку труда из Уортонской школы Пенсильванского университета и автор книги Slow Burn: The Hidden Costs of a Warming World, говорит, что тенденция в сырной, винной и оливковой отраслях Италии укладывается в более широкую научную картину, где жару напрямую связывают с потерями экономического выпуска.

В рабочем документе Европейского центрального банка отмечалось, что удар по ВВП от экстремальной жары меньше в Испании и Италии, чем в Германии, поскольку первые две страны исторически лучше адаптированы к высоким температурам. Но, по словам Парка, даже небольшая цифра на верхнем уровне может скрывать ощутимый ущерб в других местах. «Переливы по цепочкам поставок из-за жары на верхних этапах приводят к измеримым последствиям для оценки компаний ниже по цепочке», — сказал Парк Fortune.

Именно это и наблюдается в Эмилии-Романьи: тепловой шок для коров превращается в финансовую проблему для банка спустя месяцы; а в Апулии жаркая и сухая весна приводит к обвалу производства за сотни километров от точек потребления. Парк отметил, что экономическая цена жары часто проявляется через такие косвенные и отложенные эффекты, а не одномоментно, и поэтому компании и власти по-прежнему недооценивают последствия изменения климата.

Американский опыт: собственные «сырные пещеры»

Идея участия государства в защите молочных фермеров от внешних факторов не нова и для США. В годы Великой депрессии цены на молоко обрушились, и фермеры в знак протеста выливали продукт прямо на улицы.

Новый курс президента Франклина Д. Рузвельта ответил субсидиями тем, кто сокращал производство, а в 1933 году создал Commodity Credit Corporation для выкупа излишков масла, сыра и сухого молока, чтобы удерживать цены в стабильном коридоре.

Эта политика пережила саму депрессию. Спустя десятилетия федеральные власти всё ещё покупали избыточный сыр и держали его в огромных подземных пещерах-складах в Миссури, Висконсине и Канзасе — достаточно прохладных, чтобы хранить продукт годами без порчи.

К началу 1980-х федеральный запас превысил 500 млн фунтов. Итальянские сырные банки решают схожую задачу иным инструментом: вместо того чтобы государство выкупало излишки для поддержки цены, частный банк кредитует под залог самого сыра, рассчитывая, что головки в хранилище сохранят рыночную ценность к моменту готовности к продаже.