
Во вторник, когда Апелляционный суд Литвы продолжил допрос бывшего акционера обанкротившегося банка Snoras Владимира Антонова по уголовному делу о растрате имущества в особо крупных размерах, обвиняемый сказал, что схема использования средств банка для его спасения должна была быть временной.
«(Ожидалось – BNS), что если удастся сохранить ликвидность банка, использование этого механизма будет срочным, и мы найдем источники, чтобы решить эту проблему», – сказал Антонов во вторник на судебном заседании по-русски через переводчика.
Так осужденный ответил на вопрос прокурора Дайнюса Станкявичюса о том, какие конкретные инструменты использовались для улучшения финансового положения Snoras.
Антонов объяснил суду, что такой механизм использования денег существовал еще до его прихода в банковский сектор: «Он был придуман до меня».
Он повторял, что это был единственный способ обеспечить ликвидность банка и спасти его финансы.
По словам Антонова, схема осуществлялась совместно с другим подсудимым, бывшим акционером и руководителем Snoras Раймондасом Баранаускасом.
Отвечая на вопрос прокурора во вторник, использовались ли переведенные по этой схеме из Snoras средства только для спасения банка или же для других проектов, уплаты налогов или подобных целей, Антонов подчеркнул, что средства «администрации банка не использовались ни для каких других целей».
Станкявичюс на заседании задал вопросы о переводах, осуществлявшихся обвиняемыми через банки "Сбербанк", HSBC и Julius Baer в Швейцарии.
Адвокат конторы Tegos Довиле Армалите, представляющая интересы Snoras, заявила, что, по данным дела, имущество Snoras было заложено офшорным компаниям, контролируемым Антоновым, например, Melfa Group, которые брали кредиты в других банках, но не возвращали их.
«Кредиты не вернула ни одна из офшорных компаний. (...) Заложены были деньги Snoras», – сказала Армалите на судебном заседании.
На ее вопрос о том, куда исчезли эти заложенные средства Snoras 16 ноября 2011 года, когда Банк Литвы объявил мораторий на деятельность банка, а правительство решило перенять его акции, Антонов ответил, что после приостановки деятельности Snoras операции были сразу ограничены, а у банка был резерв около 200 млн евро: «Это деньги акционеров, фактически принадлежащие нам».
Антонов, среди прочего, признал, что в схемах участвовали и российские банки.
Отвечая на вопрос судьи Аушры Бельске, были ли законные способы спасти Snoras без объявления банкротства, он подчеркнул, что в Литве это было невозможно. Обвиняемый повторил, что можно было либо объявить банкротство банка, либо предпринять те действия, которые предприняли бывшие владельцы.
Бывший владелец Snoras ранее также заявлял суду, что акционеры своими действиями стремились сохранить ликвидность Snoras в годы экономического кризиса, а транзакции должны были быть завершены не позднее 2012 года, и финансовые трудности были бы преодолены.
Он также уверял, что якобы в целях спасения банка были проведены тысячи транзакций.
На предыдущих заседаниях Антонов признал, что ценные бумаги, принадлежащие Snoras, временно переводились на его личный счет, также покупались облигации и выдавались кредиты, увеличивался капитал банка, а кредиторам средства выплачивались в последнюю очередь.
Он объяснял, что делал это с целью увеличения капитала и резервов Snoras, а также желая сохранить ликвидность банка, но у него не было возможности делать это из личных средств.
«Во Франции я оказался случайно»
Отвечая на вопрос Станкявичюса, почему из России, гражданином которой он является, он решил бежать во Францию, осужденный сказал, что прибыл туда случайно.
«1 декабря 2023 года я уехал из России. Не потому, что просто захотел. Во Франции я оказался случайно», – сказал суду Антонов.
Он заявил, что во Франции довольно легко получил убежище и прожил там около полутора лет.
Антонов рассказал, что до начала полномасштабной войны в Украине в феврале 2022 года у него была работа в России, а во Франции его содержали сын и отец, которые поддерживают его и сейчас.
«Два года или больше я жил на деньги моего сына. Он содержит меня и всю семью», – сказал Антонов.
Агентство BNS писало, что Антонов был задержан во Франции 9 декабря прошлого года на основании европейского ордера на арест, выданного Генеральной прокуратурой Литвы. В Литву он был доставлен в конце мая этого года, после того как 13 мая Кассационный суд Франции отказался принять его жалобу и окончательно разрешил экстрадицию в Литву.
В 2023 году бывший банкир пропал без вести в России, и его семья попросила признать его умершим. СМИ сообщали, что в мае 2025 года он был разоблачен – жил во Франции под украинскими именем и фамилией, а с целью получения вида на жительство создал новую легенду о своем прошлом.
Антонов во вторник также признал, что помог Баранаускасу, скрывающемуся в России и не участвующему в судебном процессе, получить статус политического беженца в России.
Сообщалось, что Антонов и Баранаускас присвоили имущество на сумму 509,18 млн евро, нанесли банку Snoras и его кредиторам ущерб на 466,67 млн евро, еще 14,5 млн евро растратили.
На первом судебном заседании 30 июня Антонов впервые дал показания, признал свою вину и попросил разрешить начать отбывание наказания.
2 июля суд разрешил Антонову начать отбывать наказание в виде лишения свободы на основании еще не вступившего в законную силу приговора Вильнюсского окружного суда.
Вильнюсский окружной суд в ноябре прошлого года заочно приговорил обоих бывших владельцев банка к 10,5 годам лишения свободы каждого. Они были заочно осуждены за злоупотребления, присвоение чужого имущества в особо крупных размерах и растрату, подделку документов, преднамеренное банкротство, легализацию имущества, полученного преступным путем, и обманное ведение финансового учета – в общей сложности за восемь умышленных преступлений.
Антонов также признан главным организатором преступлений. Обоим обвиняемым присуждено возместить ущерб в размере 375,18 млн евро, предписано конфисковать их имущество, приобретенное преступным путем, на сумму 105 млн евро. В отношении обоих были выданы Европейские ордера на арест.
Следующее судебное заседание назначено на 15 сентября.